Держа гранату в сердце

А потом мы вышли погулять в Сокольнический парк, бродили по аллеям и говорили обо всём на свете. Хотя говорить было вовсе не обязательно. Вардан рассказывал о своем сиротском детстве. Мне и самой не верится, но я пережила услышанное каждым фибром своей души. Под конец я уже предугадывала каждое его слово, будто бы знала, как он ответит на любой вопрос. Уверена, он тоже с лёгкостью читал мои мысли. Оказывается, если любишь, это несложно.

А ещё мы стояли на мосту и смотрели на звёзды. Сейчас я думаю, действительно ли вокруг сгустилась непроницаемая тишина или мы просто не хотели ничего слышать?

Когда пришла домой, казалось, уже далеко за полночь, а на деле не было и одиннадцати. Я долго не могла уснуть, лежала и думала. Больше всего о том, почему он так и не взял меня за руку.

14 ноября 1887 года.

Вардан сказал, что в следующий раз мы увидимся через полтора месяца, раньше он в Москву не приедет. Меня это устраивало, не хотелось, чтобы наши отношения развивались слишком стремительно. И все же было немного обидно.

Снова и снова думаю, как мне повезло: он у меня необыкновенный, к тому же мы оба армяне. Он, конечно, красив, но не это главное. Никто прежде не читал мои мысли. Никогда прежде я не чувствовала себя такой защищённой. И потом, он такой умный! Это ведь не шутка – писать в России диссертацию на армянскую тему.

Сегодня мы наконец встретились, и те шесть часов, что мы провели вместе, стоили нескольких лет моей прежней жизни. Мы ходили к роднику – прекрасное место, чтобы наслаждаться природой и обществом любимого. Я кормила голубей, он наблюдал за мной. Приятно было сознавать, что он смотрит на меня. Потом началась гроза, и мы побежали наутёк. Оказалось, мой Вардан очень любит дождь и грозу.