Место в Армении



Ханум-джан, если хочешь знать правду — скажу, — решительно начал Симон. — Хочу уйти, чтобы своего имени не слышать. Пусть уши отдохнут. А то что за жизнь — рехнуться можно. Каждый день только и слышу: “Симон, ставь самовар, живо, живо!” Ставлю самовар, раздуваю огонь, вдруг: “Симо-о-он! Вычисти туфли хозяину, да побыстрей…”. Бегу, хватаю туфли, чищу. Вдруг:

“Симо-о-он, беги за фаэтоном, барышне ехать надо!” Бегу за фаэтоном, а самовар брошен, туфли недочищены. Привел фаэтон, а самовар весь выкипел, снова водой заливай, уголь закладывай. Одной рукой самовар раздуваю, другой — туфли чищу. И снова: “Эй, Симон, где же чай, во рту пересохло! Сбегай-ка за лимоном, да поскорей”. А тут хозяин кричит: “Эй, Симон, туфли тебе велели почистить — не комнату. Битый час прошел. Я тороплюсь, шевелись!”

Не успел туфли дочистить — звонок. “Симон, открой!”. И молодой барин кричит: “Симон, слетай за папиросами, ну-ка, поживей!” Как мне тут с ума не сойти, ханум-джан? Весь день только и слышу: