Метель, туман: какая ситуация на дорогах Армении


оставался в живых, возвращаясь домой изнуренные и постаревшие, находили у себя высохшие сады и опустелые очаги, и соседи указывали им лишь родные могилы.

Сердце великого китайского народа изнывало, обливаясь кровью от безжалостных злодейств чудовищного дракона — Шанг-Шенга; и горько зарыдало оно, и вся эта беспредельная скорбь, весь гнев народа-труженика вылились в “Песне о великой китайской стене”.

В скорби и рыданиях прошли шестой и седьмой месяцы; наступил восьмой, зацветает лотос, и голуби приносят письма от далеких возлюбленных. Но у одинокой женщины нет весточки от несчастного мужа, который чахнет вдали от родного очага, неведомо в какой пустыне, в каких болотах.

На девятом месяце пустились в дорогу паломники, и селяне начинают собирать рис для уплаты тяжелых податей.

Десятый и одиннадцатый месяцы несут стужу и холодные ветры; иней сверкает на чахлых кустарниках; и печально падает снег, покрывая все дороги.

Вот и двенадцатый месяц; все готовы встретить новогодний праздник; а осиротевшая вдова каменщика, погибшего на Шанг-Шенге, плачет так горько, что ее громкие вздохи несутся ввысь; исполинские стены — и те, услышав их, рассыпаются…”