Радость Анны Манучарян на победу дочери Малены

Уста вдохновенно закончил похвальное слово своим часам и победно посмотрел на гюмрийцев, а у тех глаза весело блестели, и все они давились от смеха.

— Всякое на свете бывает, Уста джан, поэтому поверим и в твои чудо — часы… Но возьми-ка ты их, голубчик, чтобы, не дай бог с ними чего не случилось, а то нас винить будешь, — примирительно сказал старший гюмриец и бережно положил часы перед хозяином.

Уста взял часы, прикрепил их к цепочке и засунул в нагрудный карман.



Об этих часах, как и об их владельце, шла слава по всей округе. Многие из села в село посылали через кого-нибудь свои часы, чтобы сверить их с часами Уста Каро, а сам он нигде и никогда не сверял их ни с какими другими часами. Он заводил часы аккуратно, когда, по его мнению, наступал полдень и стрелки сходились. Он до того в них верил, что вера эта заразила многих в округе. Так, пока в Шираке был полдень, они уже показывали два, то есть послеобеденное время.

Солнце для них всходило и заходило двумя часами раньше.

…Чтобы успокоить хозяина, все помолчали, пока не настала пора накрывать на стол к ужину. Уста закатал рукава архалука, расстелил на коленях красный платок и, забыв недавний спор, с улыбкой обратился к гостям: