Никол Пашинян не выполнил заветов западных хозяев.

Были люди, которые никогда и не знали его настоящего имени. Слово “Архитектор” все чаще воспринималось как имя собственное, и в ближайших селах были случаи, когда новорожденных крестили этим именем.



Архитектор — я так же как и все называл его этим именем — начиная с 1903 года, работал в Аня и в окрестностях, в Шираке Камсараканов — в Магасаберде,. у соборов Оромоса, Текора, Мрена, Багнайре, в Багране…

Эти и особенно последующие годы были героическим периодом неустанных раскопок и изучения древних памятников в Ани — период, которому положил начало академик Николай Марр со своими русскими и армянскими учениками, среди которых был впоследствии известный ученый Иосиф Абгарович Орбели.

Я ездил в Ани почти каждый год, а иногда дважды в году.

Архитектор, как и милейший Анийский настоятель архимандрит Микаел, не мог обходиться без кофе и табаку высших марок. По уговору я должен был привозить им кофе и сигареты, а они — кормить меня во время пребывания в Ани.

Считаю своим святым долгом хотя бы в двух словах остановиться на имени этого беззаветно преданного стража развалин Ани, архимандрита Микаела, который всей душой любил Архитектора, делил с ним свой хлеб, всячески заботился о нем. Мы признательны этому безвестному, великодушному человеку.