снежный слой составил 4 метра


Как перед давним другом, раскрывал он свою душу, изливал обиды. Он был недоволен судьбой, своим положением. Считал жизнь прожитой зря, ибо не следовал своему призванию. Трудные материальные условия, нужда развеяли его юношеские мечты. Обстоятельства принудили служить у богатых купцов, он провел свои лучшие годы в их отвратительных конторах. И на литературные труды — любимое, заветное дело — не хватало времени и душевных сил.

И в дальнейшем, в 1910 году, Цатурян выражал те же чувства, то же жгучее недовольство судьбой в своем сердечном письме, направленном мне в ответ на мое поздравительное послание ко дню его юбилея.

Мы встречались еще раза два. Он подарил мне свои книги. Обменялись несколькими письмами. А затем я уехал за границу, и навсегда прекратилось наше знакомство, оборвалась переписка.

Но и те немногие встречи, которые у меня были с Александром Цатуряном в Москве, запали в сердце, запомнились на всю жизнь, И не без волнения я сейчас вспоминаю любимого старшего собрата, который в далекой моей юности своими стихами очаровывал и вдохновлял меня.



Незабвенный друг, если б счастье нам улыбнулось и ты был бы сегодня среди нас, тебе довелось бы увидеть свободной и расцветающей воспетую тобой многострадальную родину. Твой сеятель ныне стал хозяином своего труда. Твой рабочий строит свое государство. И армянский писатель ныне горд своим призванием, уважаем, любим. Он вместе с сеятелем и рабочим поднимает нашу культуру. Все вместе они создают светлое настоящее и еще более светлое и счастливое будущее.