Вернувшийся из плена майор арестован:

Когда она кончила чтение, я подошел, поцеловал ей руку, она обняла меня, и мы расцеловались, как самые близкие друзья. Она прослезилась…

В душе у меня осталась глубокая боль, которую я никогда не смогу унять. Я очень бесчеловечно обошелся с ней, и никак не могу найти себе оправдания. Когда в 1926-1927 гг. я вернулся в Ереван, узнал, что Шушаник больна и находится за городом. Она звала меня к себе. Я только вернулся, очень соскучился по родине, постоянно выезжал из города и все откладывал свой визит.

Потом я тяжело заболел гриппом, и как раз в это время она скончалась. Был грустный зимний день, ныло сердце, я проклинал себя. Обхватив голову руками, я смотрел на ее фотографию: в ее глазах не было упрека. Я знаю, что она простила меня, потому что любила, как родного брата.