Выяснилось, что Эдвин срочно вышел в прямой эфир.


А Назар, теперь уж точно Ага Назар, проехал на своем осле вперед и один-одинешенек повел за собой целый караван. Покуривает трубку и рассуждает вслух:

“Говорил же я, что все дело в везенье! Ум, храбрость — все чепуха. По-моему ведь вышло? По-моему. А теперь, Ага Назар, отведи-ка свой караван в город продай, построй себе хоромы богатые, завались на бочок и живи-поживай припеваючи”.

Едет Ага Назар, едет, долго ли, коротко ли — про то дорога знает, и доезжает до владений соседнего царя. А в тех краях, оказывается, разбойников развелось видимо-невидимо. Назару и невдомек, едет себе — в ус не дует.

Притащились разбойники в засаде вдоль дороги, ждут не дождутся, как бы обобрать какого ни на есть прохожего-проезжого и вдруг видят — караван, большой, пребогатый. От радости сердце у каждого так и запрыгало! Да только подошел караван поближе, нашелся среди разбойников, грамотей, прочел надпись на знамени, узнали, что караван-то Назаров — тут разбойничков словно холодной водой окатили. “Так это Ага Назар! Вот так штука! Слыхали, слыхали про такого, а теперь и сам пожаловал…”, — говорят со страхом один другому. Сразу же сели совет держать. “Слыханное ли это дело: один-одинешенек ведет за собой целый караван, которому конца не видать! Ни тебе охраны, ни помощников… не иначе, мерещится это нам, братцы