жизнь

Доехал домой благополучно. Семья здорова. Я чувствую себя хорошо.

Я перед Вами, Белла Львовна, в огромном долгу. Для меня Вы сделали очень многое. Я уже не говорю о лечении, за которое Вам огромная благодарность. Вы мне скажете, что это, дескать, долг службы. Оно-то так, но Вы делали гораздо больше, чем должны были по службе. И не только я могу это сказать. Если сейчас все вспомнить, то я не нахожу ни одного случая, чтобы я не получил исчерпывающий ответ или помощь от Вас, как доктора, как начальника отделения и, наконец, как человека.



Вы человек широкой, правдивой, большой души и горячего патриотического сердца, и если Вы имеете значительные успехи в работе, то благодаря именно этим высоким качествам не только как специалиста, но главным образом как человека. Ну, по-видимому, хватит, а то еще перехвалю, а Вы зазнаетесь. Вы только, Белла Львовна, это замечание не примите всерьез. Я Вас немного уже знаю и знаю, насколько Вам чуждо чувство кичливости и зазнайства. Передайте привет военкому тов.Шагиняну, нач. госпиталя тов. Карамяну, всем врачам и Вартуш, Белявскому и Калашникову.

С приветом И. Ивлев.6 мая 1942 года”.

Поскольку мой рассказ становится чересчур серьезным, а для кого-то, может быть, и скучным, хочу разнообразить прозу шутливыми стихами. Не могу точно сказать, когда они сочинены. По всей вероятности, в 1943 году, ведь они попали в рукописную книжицу, составленную начальником госпиталя. Этим шутливым стихам предпослано лаконичное посвящение: “Уходя из госпиталя, врачам т.т. Шакарян, Ушаковой, Табагян в знак благодарности за хорошее лечение мы посвящаем несколько теплых юмористических строк”. Вот строчки, посвященные мне: