Рамзан Кадыров направил послание казахам (видео)

Теперь он возглавлял хирургическое отделение в одной из городских больниц и по праву считался опытнейшим мастером своего дела. Выслушав меня, он тут же назначил время приема, и наутро мы со старшим сыном отправились к нему.

Сережа остановил первое попавшееся такси. В машине уже сидела пассажирка. Она была в траурном одеянии, и это показалось нам дурным знаком и сразу же испортило настроение. К несчастью, не напрасно. Конечно, у страха глаза велики, но не в моем случае. Проделав пальпацию, коллега предложил как можно быстрее удалить уплотнение, а если того потребует гистологический анализ, то и всю грудь.

Операция началась под местным наркозом, и, дожидаясь результатов анализа, я два часа провела на операционном столе. Увы, коллега сообщил, что вынужден удалить левую грудь. Выражение его лица без околичностей говорило, что сбылись худшие мои опасения. Опухоль оказалась злокачественной.



А после операции, не дав толком отойти от наркоза, родные стали наперебой забивать мне голову утешительными разговорами. Мол, диагноз у меня неприятный, но, как говорится, не смертельный: ”Фиброзно-кистозная мастопатия с пролиферацией эпителия грудных желез”. Им ужасно хотелось, чтобы я поверила им. И мне ничего не оставалось, кроме как, пожалев небольшую толпу собравшихся в палате, принять правила игры. В эту навязанную мне игру все мы играем уже больше года.