Вторая самая большая жертва-Армения:

Я узнал, что у мамы кроме старшей сестры, о которой я уже писал и старшего брата Саркиса, в честь которого меня назвали, есть еше сестра, проживающая в Москве, и еще один брат Гевонд.

После резни в Шуше семья мамы переехала жить в Тбилиси. Там моя бабушка скончалась в 1924 году от воспаления легких, когда маме было всего двенадцать лет. После смерти бабушки ее отец Левон с детьми переехал в Ереван, где мамины братья и сестры создали свои семьи. Маму забрал в свою семью дядя Сережа. В 1930 году мама поступила в мединститут, окончила его в 1937 году, а через год вышла замуж за моего отца. Здесь я хочу попросить извинения перед читателем за столь подробное изложение своей родословной, поскольку все упомянутые выше родственники — потенциальные участники событий, о которых я еще собираюсь рассказать.

Собравшиеся за столом внимательно слушали мамины воспоминания о Карабахе и даже удивились, как она в свои шесть лет запомнила такие трагические подробности. Хозяйка сказала, что и у нее в Москве растет внук – сын героя, с которым я, кстати, впоследствии учился в политехническим институте.



Потом она пригласила всех к столу. В этот день я впервые попробовал сметану и решил для себя, что ничего более вкусного человечество еще не придумало. Ее специально доставили из Карабаха. Сметана была настолько густой, что ее можно было мазать на хлеб, подобно сливочному маслу. Такую же вкусную сметану я попробовал еще один раз тридцать лет спустя в Мариуполе — это чудесный город, расположенный на берегу Азовского моря. Туда из Еревана переехали жить родители моей супруги, и в течении девяти лет подряд у нас не было проблем с летним отдыхом.