В исполнении










Обильно угостив москвичей, гостеприимные хозяева повезли нас на какую-то свадьбу в деревню, где опять пришлось «гулять» и выдерживать бесконечные тосты за жениха, невесту, их родителей и многочисленных родственников и друзей. За один день мы отведали практически все главные блюда армянской кухни. Среди них я особо отметил бы давно знакомую мне бастурму — вяленую говядину в острой перечной оболочке и незнакомую мне дотоле хашламу — это вареная баранина в очень вкусном бульоне, который гостям почему-то дают только, когда они сами просят.

Ели мы хоровац — армянский шашлык из только что заколотого, а потому совсем не маринованного поросенка, и кюфту — плотный мусс из говядины, обильно поливаемый топленым маслом, и кебаб в виде продолговатых длинных-длинных блинчиков, очень сочных и вкусных, и жареного сига, выловленного в Севане, и царскую форель — ишхан оттуда же, и множество всяких горных трав и продукции огородных, бахчевых и садовых плантаций Араратской долины. К моему удивлению, запивалось все это гастрономическое богатство русской водкой, реже армянским коньяком, и — никакого сухого вина.

Позже, в некоторых домах и на приемах вино — и очень недурное, например, такое, как красное сухое «Арени», белый «Воскеваз» или десертные «Ошакан» и «Айгешат», — пить, конечно, приходилось, а особенное удовольст вие доставляло простое деревенское сухое, изготовленное руками искусных виноделов-крестьян в духе, к сожалению, умирающих тысячелетних традиций. На Ереванском винзоаводе, который когда-то принадлежал знаменитому купцу Шустову,

как и коньячное производство, вам обязательно покажут карас — огромный глиняный сосуд для вина эпохи Урарту, но в современных домах чаще пьют «смирновку» или какую-нибудь нашу водку, ну а с хашем — это блюдо зимнее и мы к нему еще вернемся — сам Бог велел употреблять ее, родимую, сорокаградусную, а то и вообще тутовку, которая будет и того крепче.